Гигантская женщина-тролль прошаркала к мосту по берегу, за ней тянулся хвость из троллей поменьше. Они выстроились за спиной у отца и глядели на Коэна, по-совиному мигая.

— Это Берилл, — пояснил тролль. Его жена злобно уставилась на Коэна. — А это, — он вытолкнул вперед свою хмурящуюся маленькую копию, держащую в руках миниатюрное подобие его дубины, — мой сынок Щебень. Самая настоящая старая школа. Собираешься сидеть под мостом, когда я умру, верно, Щебень? Смотри, сынок, это Коэн-Варвар! Представляешь? На нашем мосту! К нам не какие-то там старые толстые купцы приходят, как к твоему дядя Пириту, — продолжал тролль, говоря с сынок, но ухмыляясь не для него, для своей жены, — настоящие герои, прям как в старину.

Троллева жена внимательно изучила Коэна.

— Богат, да? — спросила она.

— Богатство тут нипричем! — фыркнул тролль.

— И вы собираетесь убить нашего папу? — подозрительно спросил Щебень.

— Ну конечно, — откликнулся Слюда строго. — Это же его работа. А потом меня прославят песни и рассказы… Это же Коэн-Варвар, как-никак, не какой-то тупица с вилами из деревни. Он знаменитый герой, и он аж досюда доехал, только чтобы нас увидеть, так что ведите себя поуважительней!

— Извините его, сэр, — добавил он, повернувшись к Коэну. — Сегодняшние дети. Ну вы понимаете.

Лошадь начала хихикать.

— Послушай… — начал было Коэн.

— Помню, мой папа мне про тебя говорил, когда я был маленьким камешком, — прервал его Слюда. — Сказал, «он возвышается над миром, как клосс».

На некоторое время наступило молчание. Коэн думал, что такое клосс, чувствуя обращенный на себя каменный взгляд Берилл.

— Он всего лишь маленький старикашка, — наконец нарушила молчание она. — Не особо героичен, по-моему. Если он так хорош, чего ж он не богат?